lmb lmb 
Артему исполнилось шесть в то утро, когда отец подарил ему целый мир. Мир этот был выкован не из стали и стекла, а из старой эмалированной крышки от кастрюли, прибитой ржавым гвоздем к широкому древесному обрубку, который отец с любовью и старанием зажал в развилке двух стройных берез, росших посреди двора. Для постороннего взгляда это была … Read more
Людмила стояла у широкого окна, и ее взгляд, затуманенный грустью, безвольный и рассеянный, скользил по стеклу, по которому осенний дождь выписывал причудливые, извилистые узоры. Каждая струйка воды, сливаясь с другой, устремлялась вниз, унося с собой пыль и отражение хмурого неба. В просторной квартире царила глубокая, почти звенящая тишина, неестественная для вечера, когда за окнами обычно … Read more
Этап 1. “Мокрый узелок” — что оказалось у меня в кармане Я дрожащими пальцами вытащила то, что старушка сунула мне в карман. Это был маленький, скользкий от влаги свёрток — полиэтилен, обмотанный носовым платком. От него пахло сыростью и чем-то аптечным. Я развернула платок — и у меня резко подкосились ноги. Внутри лежал старый кнопочный … Read more
Этап 1. “Временно” — слово, которое звучит как приговор — И чем ты займёшься? — спросила я, стараясь говорить спокойно. Андрей сделал глоток воды и пожал плечами так, будто речь шла о выборе пиццы. — Отдохну. Подумаю. Может, курсы какие-нибудь пройду. Нельзя же всю жизнь пахать. — Нельзя, — согласилась я. — Но и нельзя … Read more
Серый бетонный пол был шершавым и неровным, словно окаменевшая кожа древнего исполина. Каждая его пора жадно впитывала влагу, превращаясь в темное, мрачное пятно. Тряпка, сшитая из грубой мешковины, отяжелела от грязной воды, став холодным, неудобным комком, который приходилось с усилием выкручивать над эмалированным ведром. Ольга чувствовала каждую песчинку, каждую микроскопическую неровность покрытия сквозь тонкую резину … Read more
Осеннее солнце, уже нежаркое, но по-прежнему щедрое, заливало светом маленькую горницу. Лучи, пробиваясь сквозь кружевную занавеску, лежали золотистыми пятнами на половицах и танцевали на крышке старого сундука, стоявшего у печки. Алена Арсеньева, высокая, стройная девушка с волосами цвета воронова крыла и глубокими, темными, как лесные омуты, глазами, стояла перед этим сундуком, не решаясь открыть его. … Read more
Лучезарным и щедрым на краски сентябрьским утром Марк вернулся домой. Он ступил на порог родного дома, откуда уходил на войну, неся в душе образы тех, кто ждал. Он вернулся живым, но война, жестокая и беспощадная, оставила на нем свою метку — вражеская пуля, прошедшая навылет, повредила бедро. Рана, глубокая и коварная, не желала затягиваться, напоминая … Read more
Дверь поддалась с оглушительным треском, отлетая внутрь и ударяясь о стену. Тамара Петровна шагнула через порог, как полководец, входящий в захваченный город. — Ну вот и всё, — пробормотала она, обводя гостиную торжествующим взглядом. — Пожила и хватит. За её спиной топтались двое хмурых рабочих, переминаясь с ноги на ногу. Один из них, тот, что … Read more
Столовая особняка Вересаевых напоминала декорацию к историческому фильму о жизни аристократии: высокие своды, лепнина, тяжелые портьеры из лионского бархата и антикварное серебро, которое передавалось в семье по наследству. В воздухе витал густой аромат запеченной утки с розмарином, смешанный с нотками выдержанного коньяка и дорогим парфюмом гостей. Это был не просто ужин — это была демонстрация … Read more
Дочь вышла замуж девять лет назад. С тех пор у них в доме только и слышны детские голоса, крики, смех, и, конечно же, слёзы. У них уже шестеро детей, и, кажется, дочь бесконечно беременна. Знаете, как она всё успевает? Никак. Это я тащу на себе их дом. Каждый день после работы я спешила к ним. … Read more